Пришла пора прощать

И стоит раз признаться
Наперекор врагу,
Умею обижаться
И обижать могу.

Но где же час прощенья?
Я к небу прокричу,
Устала от сомненья
Я точно знать хочу

Что Вы меня простите
В прощенья этот час
И я опять узнаю
Хоть что-нибуть о вас

Простите,я прощая
 Проговорю опять
Я чесно обещаю
Не буду обижать.



Я Вас люблю Любовью Христовой

Я буду с тобою

   Я буду с тобою, как тень, как свет,
Я буду в груди у тебя,как стук
Я буду с тобою,а если нет,
Умру без горячих рук.

   Прикажет мне сердце бежать - бегу,
И имя, как воздух ловить - словлю,
Сказать в голубые глаза смогу
Простое до слез люблю

   Ты воздух,которым хочу дышать,
Ты тот, без кого не смогу прожить,
Ты тот, за которым хочу бежать,
И рядом быть, только тебя любить.

Открой сердца

Открой сердца, Великий Бог,
Кто открывает вечность.
Прости... Не будь к нам слишком строг,
Прости нашу беспечность.

Прости нам блуд, прости нам грязь,
Прости наши сомненья,
Чтоб в этой грязи не увязть
И заслужить прощенье.

Прости за то, что не смогли
Сберечь себя и святость.
Я запрещаю князю лгать!
Пред Богом грех не спрятать.

Прости... Твоя святая кровь
Спасает от огня,
Ты даром даришь, от Тебя - любовь,
И от Тебя - семья.

И от Тебя - простить,
И от Тебя - слеза...
Ты Тот, Кто помогает жить,
И открывать глаза.

Мы на коленях пред Тобой
Стоим, чтобы просить.
Стань каменной для нас горой
И научи любить.

Перед Твоим лицом стоять,
И за Тобой идти,
И бесконечно повторять:
Прости, прости, прости...

Нет воли Отца

Нет воли Отца, чтобы погиб
Один из милых сих.
Растет ребенок, словно гриб
Среди других.

Ты возрастил, Ты превознёс,
И станет тоже свет.
Отри слезу, ведь детских слез
С Тобой, конечно, нет.

"Живи в любви", Ты говорил,
А мир отнял любовь,
Но кровь за нас Твой Сын пролил
Свою святую кровь.

Ты - добрый, мудрый Господин,
Ведь ты растишь детей.
И каждый пусть найдет один
Среди других путей.

Мы верим - новый человек,
Наученный тобой,
В свой молодой, в свой юный век
Почтет Тебя горой.

Ты - Тот, к кому бежит дитё
И тянется рукой.
Ты Тот, в Ком каждый вновь найдет
Надежду и покой.

Мы верим - молодой народ,
Возрощеный Тобой,
Во славу принесет свой плод,
Обильный добротой.

И дети не пойдут к чужим,
Немы клеветники.
И бесы не приступят к ним,
Отсохнут языки.

А ангелам своим вели
Сопровождать, хранить.
Ведь дети верные твои
Идут, чтоб Слово пить.

Ведь только у Тебя - река,
К ней сыновья падут.
Они идут издалека
И дочерей несут.

А щедрый вдруг устроит пир
И пригласит гостей,
И больше не увидит мир
Просящими детей.

Вдруг мамы, папы вопиют
Среди других людей
И больше не увидит мир
Отверженных детей.

Иссохший, жаждущий наш род
Идет к Тебе, чтоб пить.
Ты молодой спасешь народ,
Который хочет жить.

Бариновы

Дома их стояли напротив друг друга,
Как в сказке про дружбу и снег.
В мире не было лучше друга,
А она была лучше всех.

Они были всё время рядом,
Он ходил за ней по пятам.
А она покоряла взглядом,
Как юла была здесь и там.

Они вместе играли в прятки,
А зимою лепили баб.
Он любил замечать: "У Натки
Ярким светом глаза горят".

Полюбила она мальчишку,
Не того, кто за ней ходил,
Не того, кто добудет книжку,
Не того, кто портфель носил.

И ложились в тетрадку в клетку
Строчки, слезы, любовь, тоска.
Он не выбрал свою соседку -
Сопли - слюни - Москва-река.

Та, что всех покоряла взглядом,
Пролили реки горьких слез.
Ну, а с ней был все время рядом
Её добрый и верный пёс.

Стали вместе они учиться:
Институт - он опять за ней.
Ему нужно её добиться,
Пусть десятки проходят дней.

Он - стена, он - гора, он - крепость,
Он в её утонул очах.
Тот, кто ценит стальную верность
И семейный, домашний очаг.

Они были все время рядом,
Только что-то случилось вдруг:
Той, что всех покоряла взглядом,
Стал он больше, чем просто друг.

Как дома, их сердца - напротив,
 Вдруг увидели свет вдали,
И вдруг стали совсем не против
Чистой, светлой, большой любви.

Его искренность, скромность, верность
Вдруг погнали по жилам кровь.
Для неё он стал муж и крепость,
А она для него - любовь.

И семья их словно в море судно
Не потонет, не уйдет на дно.
Бьётся смело, радостно и чудно
Бариновых сердце, как одно. 

Без названия

Раскаленные печи горели,
До предела разведен огонь,
Только что-то сказать бы посмели,
И вокруг разносилася вонь.

Может не для меня оправданья,
Может быть в эту ночь умерла б,
Если б просто созрело признанье:
Без Него я ничто, просто раб.

Будто бы на суде, каждый знает,
Что неправильно сделал, когда.
Ничего меня не оправдает,
Не поверят они никогда.

Может не убедительно, сухо
Говорила под вечер, без сил,
Но, склонивши внимательно ухо,
Хитрый замысел кто-то носил.

Я хотела сказать: "Не виновна.
Отпусти, и я тихо уйду,
Но тем самым наивно и скромно
Пригласила другую беду.

Вдруг решила, что буду молчать,
И померкнет желанье судить.
Только печь стала громко кричать
И мое оправданье палить.

Я не знала, что делать, и вдруг
На колени упала пред Ним.
Как же просто признать, что Он - друг,
Как же трудно, когда мы стоим.

Но, когда мы смирились под кров,
Вдруг огромная Бога слеза
Нас омыла от огненных слов
И открыла слепые глаза. 

В чем же романтика?

В чем же романтика? Что он подарит розы?
Что поцелует в солнечном закате?
Что ты заснешь потом в его объятиях?
Что вы в любви, клянясь в святом обете,
Не вспомните друг друга на рассвете?

И разойдетесь, как в огромном море,
И каждый в свой отправится круиз?
Вот только трюмы будут полны горя,
Которое все время тянет вниз.

Я знаю, что, порой, бывает скучно,
И хочется отправиться в полет.
Скажите мне, зачем все это нужно,
Когда любовь на части душу рвет.

Я знаю точно, что любовь - другая.
Она не будет боль нести в сердца.
Заботливая, добрая, святая
Любовь к ребенку вечного Отца.